Назарбаев который украл выборы

Крестный Тесть любит всех нас поучать. С высоты своего морального превосходства он с удовольствием рассказывает нам, что мы должны выключать свет, выходя из ванной, слушаться закона, ценить завоевания полученной независимости и далее в том же духе. Он — главный эталон ума, чести и совести, а мы все его недостойные «подданные», от несовершенства которых он страдает.

На самом деле именно Назарбаев не имеет права на то место, на котором он находится все эти годы. Потому что он его украл, как украл наши голоса избирателей на выборах. Легитимность его правления закончилась еще в 1995‑м году, когда он сфальсифицировал первые результаты референдума о продлении своих президентских полномочий до 2000 года.

Конечно, и сам по себе референдум был очень сомнительной затеей с точки зрения демократических норм, но это можно опустить. Как сделали это граждане внутри страны и за рубежом. В конце концов, плебисцит можно проводить на любую тему — всегда полезно узнать настоящее мнение нации. Все дело в том, что настоящего мнения мы не узнали и в 99‑м году, на досрочных президентских выборах. Потому что Крестный Тесть тогда снова запустил механизм массовой фальсификации итогов выборов, который в последующие годы был доведен им и его командой до идеального совершенства. Кстати, эти свои «ноу–хау» Назарбаев по секрету распространил по всем странам Центральной Азии, и их диктаторы с удоволствием использовали этот трафаретный сценарий для продления своих полномочий и кражи голосов избирателей. Назарбаев говорил им: видите, в моем случае Запад это проглотил, значит, проглотит и еще раз.

Действует этот сценарий следующим образом.

Издательство «Дауир», которое принадлежит племяннику Назарбаева — Кайрату, печатает абсолютно одинаковый двойной тираж бюллетеней по заказу и оплате Центральной избирательной комиссии. Первая часть отправляется сначала на избирательные участки, а потом «дважды» в урны. Дважды, потому что сначала люди бросают их в урны для голосования, а оттуда эти бумаги отправляются в урны мусорные.

Ни одного штампа, ни одного порядкового номера на избирательном бюллетене найти невозможно. Соответственно, подсчитать, какое количество их покинуло стены частной типографии, под силу только английскому детективу Шерлоку Холмсу. Ни один международный наблюдатель сделать этого не в состоянии.

Те листки, на которых мы изъявляем свою избирательную волю, Назарбаева и его ручной избирком не интересуют. Нужные бюллетени будут развезены по областям, юранее от руки заполнены и проверены под чутким руководством Комитета национальной безопасности, Службы безопасности президента и отправлены уже официально в центральную избирательную комиссию.

Как говорят в Астане, важно не как проголосуют, а как посчитают.

Протоколы подсчета голосов местных избирательных комиссий также заготавливаются и подписываются заранее, примерно за две недели до официального дня «выборов». Организовать это несложно. В избиркомах работают бюджетники, которые напрямую зависят от акиматов–мэрий (района, города, области) — они получают от них и назначение, и зарплату. Вся их служебная судьба — в руках акима–мэра, назначенного напрямую Назарбаевым.

Типичный начальник местной избирательной комиссии это директор средней школы. Что его ждет, если он откажется подписывать спущенный сверху, заранее фабрикованный секретной службой протокол голосования Легко представить: он перестанет быть директором, а если и дальше будет несговорчив, против него в КНБ заведут уголовное дело по факту распространения наркотиков и совращения школьниц, у его сына найдут листовки «Хизб ут-Тахрир» и так далее. А если бывший директор начнет рассказывать о том, как на его участке подменялись бюллетени, его просто упекут в «психушку». Или устроят автомобильную аварию: однажды запачкавшись в крови, власть уже ничего не чурается. В борьбе с инакомыслием все средства хороши. Лишь бы была драгоценная стабильность, как любит говорить Пожизненный Президент.

Этот поезд не догнать и не остановить. Получается, безопаснее ехать на нем, чем попасть под него. Каждый в Казахстане знает, что сегодняшнее персональное благополучие исчезнет, если против него заработает государственная машина- Асфальтный каток. В Советском Союзе еще можно было добиться правды, написав письмо в «Правду» или в ЦК КПСС. Письма доходили до адресата, иногда по фактам проводились расследования. Конечно, к диссидентам это не относилось — их также бросали в психиатрические лечебницы — и все–таки, даже в абсолютно тоталитарном, советском обществе были скромные механизмы защиты простого человека от полного беспредела власти.

В современном Казахстане таких механизмов просто уже нет. Любого человека власть может растоптать и уничтожить.

Еще недавно некоторую защиту давала принадлежность к элите — когда вы могли позвонить нужному родственнику по нужному телефону. На моем примере Назарбаев продемонстрировал всем, что от его произвола не защищен никто — ни собственная дочь, ни отец его внуков.

Вы не можете рассчитывать на судебную систему, потому что она исполнит любой приказ из администрации президента. Не забывайте, что судей в нашей стране назначает президент.

Начиная с мая 2007‑го, вы не можете рассчитывать на помощь независимой прессы, потому что ее в стране не осталось. Сегодня все средства массовой информации в Казахстане принадлежат президенту либо напрямую, либо через доверенных олигархов. Назарбаев спустил на меня всех собак именно после того, как я отказался передать ему свои доли в «Караване» и телеканале КТК. Сначала он закрыл мой медиахолдинг с помощью ручных прокуроров, а потом просто банально забрал их себе.

Вы не можете рассчитывать на Европейский суд по правам человека, потому что Назарбаев не хочет, чтобы Казахстан вошел в Совет Европы, несмотря на то, что 12 % нашей территории находится в Европе. Мне удалось добиться перехода в европейскую футбольную семью-УЕФА, потому что очень хотелось порадовать и болельщиков, и футболистов. У моего бывшего тестя слово «Европа», как и Запад в целом не вызывает приятных эмоций.

Жители России имеют право на разбирательство их дела хотя бы в суде Страсбурга. Конечно, вы можете обратиться в ООН, в Комиссию по правам человека в Женеве. Только в конце 2007 года Назарбаев подписал Декларацию о борьбе против пыток, по правам человека. Как она выполняется? Да никак.

Разумеется, такая плачевная ситуация с гражданскими свободами не стала результатом случайных совпадений. Она кропотливо и последовательно создавалась Назарбаевым в соответствии с его планом: каждый человек в нашей стране, вне зависимости от бедности или богатства, высокого или безвестного происхождения, должен знать, что его судьбой единолично распоряжается Иосиф Виссарионович. То есть, пардон, Нурсултан Абишевич.

Крестному Тестю понадобились девятнадцать лет нелегитимного правления, чтобы выстроить модернизированную сталинистскую модель общества. Вы можете работать шахтером за тысячу километров от столицы, а можете быть министром или бизнесменом, но если завтра система повернется против вас, спасти от неминуемой расправы вас может только милость президента или билет за рубеж.

Конечно, можно успокаивать себя тем, что у нас не бросают миллионы людей в тюрьмы и лагеря. Но можно взглянуть на себя и с другой точки зрения: Казахстан почему то входит в первую тройку стран планеты по высокому соотношению свободного населения и заключенных за решеткой. По всем другим показателям гуманитарного развития мы в лучшем случае в сотню попадаем, но вот по числу граждан за решеткой мы в самых первых рядах. Почему? Потому что казахи — самый криминально настроенный народ в мире? Нет. Потому что в стране выстроена репрессивная сталинистская система.

А если при этом учесть, сколько невинных людей брошено за решетку управляемой и насквозь коррумпированной сугубо обвинительной судебной системой, то картина становится совсем печальной. Так что мы отстаем от сталинских времен по количеству невинно репрессированных, но сама система воссоздана Назарбаевым вполне точно. А когда пресс–машина построена, скорость её работы — лишь вопрос настроек.

У Назарбаева, как у любого центрально–азиатского диктатора, цикл жизни — от выборов до выборов. Чем ближе к электоральной компании, тем больше мы слышим от президента пустых обещаний и риторики про социальные программы. Некоторые из этих обещаний даже на скорую руку выполняются. В ходе самой кампании президент даже на некоторое время начинает по настоящему исполнять функции президента, а не только главы мафии в государстве. Он узнает, как живут люди в регионах, спрашивает цену на хлеб, выступает по телевизору.

Но как только выборы оказываются позади, он начинает закручивать гайки. Править ему предстоит следующие семь лет, поэтому первые пару лет можно делать все что угодно, ведь все забудется до следующих выборов.

Заманбек Нуркадилов и Алтынбек Сарсенбаев были убиты до и сразу после президентских выборов.

Президент осознанно построил общество страха. Это была его давняя и осмысленная цель. Добиться ее за короткий срок было невозможно: в середине 90‑х нас еще пьянил воздух свободы, мы еще верили в демократию, обратно в тоталитарное ярмо так просто бы не пошли. У нас еще была независимая пресса, еще работал самостоятельный парламент, где президент не смог даже продвинуть своего кандидата в спикеры.

Поэтому в начале девяностых, до разгона первых парламентов, Назарбаев действовал постепенно, но четко и последовательно: он отрезал наши свободы одну за другой — так, что общее изменение ситуации было незаметным. Это как лягушка, которая сразу выпрыгнет из горячей воды. Но она погибнет, если холодную воду подогревать медленно. Вот мы и оказались в роли этой французской лягушки.

Зачем все это понадобилось президенту? Для одной цели — удержания власти в своих руках. Как далеко не глупый человек он понимал, что волна популярности рано или поздно пройдет. Так что опираться на народную поддержку — дело опасное. Сегодня тебя любят, а завтра будешь виноват во всех грехах. Демократические стандарты тоже будут помехой: с ними только два срока на Ханском троне можно просидеть.

Чтобы не рисковать, Назарбаеву оставался один выход: построить надежную систему фальсификации итогов выборов. Чтобы эта система работала без помех, нужно было ликвидировать все гражданские права и создать атмосферу страха.

Круг замкнулся в 2007‑м: президент почувствовал, что он достаточно силен, чтобы отбросить маски и назначить себя пожизненным правителем. Теперь он может перестать играть в демократические игрушки и сформировать парламент только из представителей своей партии.

На пути к этой заветной цели оказалась его собственная семья, но Крестный Тесть перешагнул через нее, не задумываясь. Так получилось, что мешали ему только мы двое — Дарига с ее партией «Асар» (успевшей уже завоевать популярность) и я с неподконтрольными Назарбаеву газетой «Караван» и телеканалом КТК. Что было дальше, вы знаете. У дочери он отнял партию, у меня медиа, а заодно разрушил и наш брак. Сигнал поняли все: не нужно стоять на пути у президента, опасно для здоровья и благополучия. Это вроде надписи на электрощите «Не подходи — убьет».

Теперь, когда пожизненность правления первого президента Казахстана закреплена в основном законе страны — Конституции, Назарбаеву остается лишь штамповать все свои последующие выборы. Это не составит для него никакого труда.

Если вы до сих пор думаете, что ваш голос, который вы отдаете за того или иного кандидата, кем–то будет учтен, вы глубоко заблуждаетесь. Вы приходите на избирательный участок только для того, чтобы выступить рядовым актером массовки в большом спектакле под названием «Выборы в Казахстане». Вас используют, как ширму: журналисты и наблюдатели видят, что на участках есть толпы людей — значит, они кого–то избирают.

Машина по производству и подсчету подделанных голосов работает под покровом ночи и завесой строжайшей секретности. Она эффективна, потому что ее схема проста и максимально цинична. Если выборы нельзя отменить, их нужно только подделать. И не просто подбросить пачку бюллетеней, чтобы накачать рейтинг нужного кандидата, а произвести нужное количество нужных бюллетеней.

«Дешево, надежно и практично», как говорил герой советского актера Анатолия Папанова. Может быть, не дешево (на фальсификацию выборов кидаются миллионы бюджетных и грязных теневых денег), зато безо всякого сомнения, надежно и практично.

Персональную ответственность перед президентом за сто же выборную кампанию несет руководитель администрации, а непосредственно за техническое воплощение фокусов с бюллетенями — его заместитель по организационной и кадровой работе с регионами. Последние президентские и парламентские выборы, на которых победа была присуждена одному «Нур — Отану», проводили Шеф администрации президента Адильбек Джак–сыбеков (на тот момент еще не переведенный Первым (амом в партию) и его заместитель Нурлан Нигматулин. В плане технического исполнения все прошло без сучка, без задоринки, даже часть прикормленных европейских наблюдателей увидела в этом спектакле продвижение Казахстана на пути к демократии. И Нигматулин в качестве поощрения за надежно выполненную работу был назначен губернатором–акимом в Караганду. Назарбаев умеет отблагодарить полезных придворных — особенно «а счет государства.

Все бюллетени, то есть вещественные доказательства Государственного уголовного преступления под названием «подлог голосов», уничтожаются максимум спустя месяц после выборов под строжайшим секретом сотрудниками Службы охраны президента и КНБ. Сегодня вы не найдете ни одного избирательного листа, ни с референдума 95‑го года, когда Назарбаев нарисовал себе четырехлетнее продление президентских полномочий, ни с выборов 99‑го, когда подмена бюллетеней впервые была произведена в столь массовом порядке, ни с парламентских выборов 2004‑го и 2007 года.

Сейчас уничтожены и все следы махинации на президентских выборах 2005‑го, когда Назарбаеву нарисовали очень скромный 91 процент голосов, уже брошены в печку все бюллетени парламентской кампании 2007‑го.

Нет доказательств — нет преступления. Система готова к очередным подлогам.

Я узнал, как функционирует назарбаевская избирательная машина в 1999‑м году, во время президентских выборов. Тогда я работал в алма–атинском департаменте Комитета национальной безопасности и занимался террористами и шпионами. Работы был непочатый край, потому что спецслужбы не успевали отвечать на современные угрозы. Террористы свободно снимали квартиры в центре Алма — Аты, героин рекой тек из Афганистана через наши границы в Россию и Европу.

И вдруг мне поступает распоряжение от Назарбаева переключить свое внимание на предстоящие выборы и работать напрямую с Загипой Балиевой–председателем центральной избирательной комиссии и руководителем президентской администрации Алиханом Байменовым. Зачем? Дело государственной важности, все подробности расскажут «кураторы». Подробности оказались просто шокирующими.

Из Алма — Аты во все регионы направлялись курьеры — сотрудники КНБ с большими черными опечатынами чемоданами «Самсонайт» с поддельными бюллетенями, отпечатанными все той же типографией «Дауир». Курьеров доставляли до пунктов назначения чартерные ЯК‑40 авиакомпании «Беркут» и ХОЗУ-АВИА, принадлежащие казначею президента Владимиру Ни.

КНБ отвечал за то, чтобы эти посыльные без приключений добрались до акимов–губернаторов областей и передали им секретные материалы. Чтобы никто не повел себя странно, чтобы готовые «подделки» не попали случайно в чужие руки. Непосвященным объясняли, что в чемоданах — деньги из Нацбанка. Я пытался убедить президента, что он и так остается самым популярным политиком в стране, по рейтингам опережает любого конкурента и поэтому не должен опасаться итога свободных выборов. Мне казалось, что выбор состоит в том, на кого опираться — на народную поддержку или на помощь чиновников. И я пытался агитировать тестя в пользу первого варианта, видя в нем значительные выгоды, поскольку самое главное для него — это оценка международных наблюдателей.

Поддержка избирателей дает политику то, что называется вотумом доверия. Победив на честных и справедливых выборах, он может продвигать реформы, тасовать чиновников, назначать профессионалов на правильные посты вместо того, чтобы раздавать места на госслужбе в качестве награды за подлог.

И наоборот — пиррова победа с помощью государственной машины делает самого политика заложником системы, которая обеспечила ему незаконное первое место. Он будет обязан учитывать интересы всех подельников от рядовых курьеров до организаторов. И все эти годы ему придется охранять главный государственный секрет — нелегитимность своего правления.

Мои аргументы президента не убедили. Надо признать, я тогда недооценивал его жажду власти. Мне казалось, что его главные амбиции — это войти в историю реформатором и строителем благополучного независимого Казахстана. В этом случае президентское кресло служило бы инструментом для достижения своей мечты. Оказалось, что мечта в самом кресле и заключается. «Имидж ничто, жажда власти — всё, не дай ей засохнуть».

Разумеется, тот спор не добавил мне очков в вечной придворной гонке за благорасположение Солнцеподоб–ного. Тогда же я понял, что не готов добиваться этого расположения любыми средствами. Вместо этого я начал пристальнее всматриваться в построенную политическую систему и замечал в ней все больше несовершенств и уродств. Флёр верховной власти, которой я был очарован псе первые годы правления моего тестя, развеивался.

Если само его правление незаконно — значит, незаконны и все отдаваемые им приказы?

На самом деле кража и подтасовка итогов президентских выборов — это только верхушка айсберга. Президент лишил нас права избирать не только самого себя, он лишил нас права выбора как такового. А вместе с ним ликвидировал любую возможность для гражданина влиять на управление государством.

А это и есть единственный индикатор, есть в стране свобода выбора (в любой из ее форм), либо она напрочь отсутствует. Если мы можем избирать управляющих своего города, своей области, своей страны — значит, мы живем в свободном и демократическом обществе. Если нет, то ни о какой свободе и речи идти не может. Это как раз наш случай.

Избирательное право не работает в Казахстане на любом уровне.

Начнем с городов: акимов–мэров назначает президент напрямую, не спрашивая мнения горожан. Чаще всего эти посты раздаются в качестве наград или подачек нужным людям и кланам, которые смогут дать взятку посредникам в правительстве. Но в итоге вопрос будет решаться только по принципу личной преданности. Кандидатуры согласовываются акимами–губернаторами областей совместно с отделом кадров администрации президента. Профессиональные качества назначенцев учитываются в последнюю очередь. Неудивительно, что в большинстве городов страны полностью развалена инфраструктура.

То же самое с акимами областей (а их всего 14). Их назначение — исключительная прерогатива президента. Поэтому здесь призовой фонд крупнее. Поскольку губернаторы получают областные земли в свое распоряжение не от народа, а из рук государя–императора, они быстро превращаются в помещиков–феодалов, которым отписаны «крестьянские души–рабов». И управляют они своими владениями соответственно. Главное — это выжать из своего поста побольше личной выгоды, пока Хозяин страны не передал этот кусок земли другому фавориту.

Разрабатывать долговременные программы, делать капитальные вложения, добиваться расположения горожан не имеет смысла. Более того, лишняя популярность только насторожит президента — так еще скорее кресло потеряешь.

В конце девяностых, когда в обществе еще были разрешены дискуссии, в прессе началось обсуждение: не пора ли доверить гражданам самим выбирать себе акимов–мэров, как это делается в цивилизованном мире. Назарбаев через официальную государственную пропаганду быстро объяснил, что никаких выборов не будет — потому что народ Казахстана еще недостаточно созрел и может проголосовать за бандита, который потратит много денег на свою избирательную кампанию. Таким образом нас, как малых детей, уберегли от опасностей взрослой самостоятельной жизни.

Единственные выборы, которые в нашей стране имели до некоторых пор хоть какое–то реальное наполнение, это парламентские. Округов много, и Правительство не успевала за всеми кандидатами. Некоторые из них оказывались независимыми и непослушными. А некоторые даже представляли оппозиционные партии и движения.

Иногда министры отвечали на парламентские запросы, и даже очередной спикер парламента, предлагаемый президентом, не назначался автоматически. В стенах парламента иногда кипели дискуссии и принимались важные решения.

Когда очередное собрание грозило выйти из–под прямого президентского контроля, Крестному Тестю приходилось его распускать — что тоже было сопряжено со многими неудобствами. Каждый раз приходилось искать поводы, задействовать громоздкие механизмы и убеждать депутатов–провокаторов, сталкивать между собой различные группы и лично самому разводить их по углам боксерского ринга.

Все закончилось в мае 2007‑го, когда Назарбаев пропел свои поправки к конституции. Отныне казахский парламент формируется исключительно по партийным спискам. Если быть точным — по партийному списку, поскольку отлаженный механизм подтасовки голосов позволяет назначать партию–победителя напрямую из президентского дворца «Ак — Орда».

Наспех проведенные 18 августа 2007‑го выборы наглядно это продемонстрировали. Безоговорочная победа была присуждена карманной партии Назарбаева «Нур — Отану». В Астане не посчитали нужным для отвода глаз отдать хотя бы одно место представителям другой партии. Все условности уже были отброшены.

Построение сталинской модели безграничной власти одного человека успешно завершено. Петля «управляемые выборы в обществе страха» затянулась на горле народа надежной удавкой.

Разумеется, назначение депутатов (говоря политкорректным языком, «формирование выборного списка президентской партии») дает небывалое поле для коррупции. Прежде, чтобы попасть в мажилис–парламент, кандидату требовалось встречаться с избирателями, сочинять платформу, тратить деньги на избирательную кампанию. Теперь ничего этого не требуется. Все намного проще — и намного дороже.

Место в списке стоит достаточно дорого — 100 тысяч долларов, но оно того стоит.

От парламента сегодня ничего не зависит, но депутатское кресло не стало от этого менее полезным. Оно дает парламентский иммунитет и возможность решать свои коммерческие дела, запросто без очереди заходить к министрам, лоббировать интересы частных компаний, решать щекотливые вопросы по правительственной связи. За такое многие готовы платить, ведь это приносит прибыль. А когда есть спрос, появляется и предложение.

Партийный список, который станет впоследствии перечнем депутатов, формируется всего несколькими людьми. Часть назовет сам Назарбаев, остальных будут вписывать руководитель администрации со своей командой. И после того, как будут учтены все политические назначенцы (нужные и особо отличившиеся люди), останется еще половина кресел — а их можно выставить на торг. Вот так формируется парламент современного Казахстана.

Но до этого весь список сначала проверяется на лояльность режиму и согласовывается с КНБ по базе данных с компрометирующими материалами. Без отмашки из комитета ни одна кандидатура не пройдет.

Как–то, в предверии президентских выборов 2005 года я поделился мыслями с тестем о том, что бы я сделал, если бы был его оппонентом из финансово–промышленной группы и хотел воспрепятствовать его избранию. Я бы просто гипотетически купил голоса депутатов по по 100 тысяч долларов США (депутатов было тогда 77 в нижней палате, итого получилось бы 7,7 миллиона долларов) «за» объявление импичмента и смещение президента. И ему ничего не оставалось бы делать, как снова пойти на разгон парламента, что в «пост–оранжевом» 2005 году было крайне рисковано. Помню его очень нервную реакцию на эту мою мысль. Думаю, он принял к сведению потенциальную возможность и такого поворота дел. Ведь ему можно подтасовывать выборы, а другим нельзя, это зло наказуемо. Когда дело касается вопросов сохранения его власти, тесть ничего не упускает из виду.

Массовое производство фальшивых бюллетеней — это главный инструмент Крестного Тестя по фальсификации выборов. Но в шляпе нашего фокусника есть и другие интересные трюки.

Например, назначение даты выборов. Возможно, вы замечали, что они никогда не проводились в нашей стране в заранее законом установленный срок. Под каким–нибудь предлогом их вдруг переносили на несколько месяцев (а то и лет) раньше. Так было и в 94‑м, и в 99‑м, и в 2005‑м, и в 2007‑м. Смысл простой — не дать якобы нашим инакомыслящим и всем непослушным — шанса подготовиться.

При этом назначенные внезапно выборы непременно приходятся на период отпусков. Тогда и избиратели не так активны и не слишком интересуются политикой, и международные наблюдатели не рвутся отменить поездку с семьей в Испанию и заменить ее на служебный визит в солнечный Казахстан.

Этот трюк хорошо известен центрально–азиатским диктаторам и применяется не одним только Назарбаевым. У узбекского диктатора-Ислама Каримова любимая дата своих выборов — 24 декабря, на Рождество. Ни один европейский или американский наблюдатель в это время свой дом не покинет и ни в какой Стан не отправится: он же должен встретить этот вечер со своей семьей и резать рождественскую индейку.

Назарбаев сделал ставку на август. Это не так эффективно, как Рождество, но тоже хорошо срабатывает. Несколько утомленных солнцем наблюдателей из Европы все–таки приедут, но в такую жару будут держаться поближе к кондиционерам пятизвездочного отеля «Хайат» в Алма — Ате. Настаивать на посещении избирательного участка где–нибудь под Кзыл — Ордой (где в эту пору +38 С, и воды в гостинице нет) они не будут.

Вообще, международные наблюдатели не доставляют Назарбаеву больших проблем. Максимум, что они могут увидеть — это работу нескольких избирательных пунктов. А у нас таких участков несколько тысяч, и разбросаны они по всей нашей безграничной степи.

Тропы, проложенные обозревателями, давно известны, и пролегают они только в крупнейших городах. До удаленного села где–нибудь под Семипалатинском они никогда не доберутся. А именно в таких местах и происходит массовый вброс фальшивых бюллетеней.

Администрация президента, КНБ и избирком прекрасно знают участки, на которые придут иностранцы — разумеется, здесь никакого вброса фальшивок не будет. Несколько избирательных урн в двух Больших городах все равно погоды в общей картине не сделают.

Но даже в столицах власти не могут организовать «потемкинскую деревню»: наблюдатели каждый раз рапортуют о десятках нарушений, увиденных ими на своих участках!

Еще ни одни казахские выборы не были признаны Западом свободными и справедливыми.

И это при том, что комитет национальной безопасности не сидит, сложа руки, а активно «работает» с наблюдателями. На этот счет в КНБ циркулирует специальная инструкция его председателя под грифом «строго секретно». Она учит местных сотрудников, как надо подбрасывать обозревателям материалы, направленные против оппозиции, не допускать встреч с ее лидерами, контролировать передвижения иностранцев, организовывать досуг в ресторанах с проститутками и так далее. Затем обо всех этих мероприятиях председатель будет докладывать лично Нурсултану Абишевичу, в письменной форме.

Одна из таких инструкций вместе с отчетом тогдашнего председателя КНБ генерала Нуртая Дутбаева о «нейтрализации обозревателей» на последних президентских выборах попала 6 июля 2007‑го в руки западных дипломатов — разумеется, разгорелся политический скандал, который был настолько силен, что выплеснулся на страницы крупнейших мировых изданий.

Еще один трюк административной системы в электоральный период — выдвижение кандидатов. Задача одна: не допустить появления в списке хоть сколько–нибудь значимой фамилии. Единственным узнаваемым для избирателя кандидатом в президенты должен быть рядовой человек по фамилии Назарбаев.

Также для проформы в список кандидатов внесут совершенно неизвестных избирателю «уважаемых людей», а также, возможно, включат в него одного клоуна на поводке, на фоне которого действующий президент должен смотреться особенно хорошо. Но даже этот клоун в последний момент попросит народ Казахстана голосовать за Крестного Тестя.

Глядя на депрессивный список кандидатов, каждый гражданин должен вздохнуть: «Да, Назарбаеву альтернативы нет». Ее точно нет, потому что именно над этим день за днем, и ночь за ночью работает административная и репрессивная машина.

Сформировать стерильный список уже не составляет труда. В обществе страха каждый понимает, что противостояние государству бесполезно и смертельно опасно. Если бы в нашей стране появился свой Барак Обама, администрация предложила бы ему выбор: либо стать частью системы, отказаться от политических амбиций и довольствоваться материальными благами, которые могут обильно посыпаться на его голову — либо пенять на себя. Судьба Заманбека Нуркадилова и Алтынбека Сар–сенбаева каждому должна служить хорошим уроком.

Самое простое, что система может подарить строптивому кандидату — это судимость. В нашей стране это всего–навсего один звонок из администрации Назарбаева Генеральному прокурору Тусупбекову, и еще один Верховному судье — Мами. Судимый человек по закону баллотироваться не может — конец истории. Таким немудреным способом нейтрализовали таких оппозиционеров как бывший премьер–министр Акежан Кажегельдин и бывший аким–губернатор Галымжан Жакиянов. Это же послужило первоначальной причиной, почему судебная система была брошена против меня.

А еще у нас есть передовая технология электронного голосования «Сайлау». Она родилась, когда в администрации посчитали, что механизм фальсификации выборов с помощью печатных станков типографии «Дауир» надежен, но громоздок. Слишком много работы и потенциальных вещественных доказательств преступления.

В «Сайлау» все совсем просто. Избиратели нажимают на те кнопки, на какие хотят, а система покажет на мониторе ту цифру, которую в нее загрузит избирком. Сервер–двойник системы, подключенный по оптиковолоконному кабелю к главному избиркомовскому серверу, находится в специальной информационной службе (СИС) КНБ, буквально в ста шагах от здания Центризбиркома в Астане.

Президент Назарбаев уделяет огромное внимание приглашению своих платных иностранных друзей–наблюдателей на свои же «выборы», для нейтрализации негативных выводов от наблюдателей из ОБСЕ.

Крестный тесть очень любит американских конгрессменов. Правда, не всех, а только тех, которые готовы прилетать к нему в гости, принимать ордена и высоко оценивать успехи Казахстана на пути демократического развития. Такой же любовью президента пользуются многочисленные сенаторы, спецпредставители и отпрыски влиятельных политических династий. Главное, чтобы они понимали крыловский принцип «кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку» и умели применять его на практике.

За последние несколько лет президента не раз навещали такие полезные друзья. Мне довелось наблюдать эти встречи. В «Ак — Орде» постоянно можно было встретить то американского законодателя, то британского принца. Достаточно вспомнить хотя бы несколько таких встреч.

Например, в июне 2001 года у Назарбаева в гостях в гольф–клубе Астаны был председатель правления и исполнительный директор американской нефтедобывающей компании «Халлибертон» Дэвид Лезар (David J. Lesar). Он — ближайший деловой партнер Дика Чейни (Dick Cheney) — бывшего могущественного вице–президента США. И в результате его встреч «Халлибертон» получил крупные подряды на каспийском нефтяном шельфе. Взамен Назарбаеву пообещали поддержку Белого дома. Если вспомнить, что над президентом все эти годы нависал дамоклов меч «Казахгейта», можно понять легкость, с какой он отдал Лезару каспийские контракты.

В конце мая 2004‑го Крестный Тесть вновь принимал в столичной резиденции видных американцев — на сей раз делегацию конгресса США во главе с сенатором Конрадом Бернсом (Conrad Bus). Берне и конгрессмен Денис Рехберг (Dennis Rehberg) вручили радушному хозяину американский государственный флаг, поднимавшийся над Конгрессом в честь нашей республики, и специальное послание с добрыми пожеланиями от видных американских законодателей. Если учесть, что в мировых дипломатических кругах за Казахстаном (и, прежде всего за его руководителем) прочно закрепилась репутация партнера с безграничным коррупционным потенциалом, реальные пожелания «ряда видных законодателей» тоже легко понять.

15 июня следующего года Назарбаев уже в своей алма–тинской резиденции встречал ученых и бизнесменов, прибывших из–за океана для участия в международной бизнес–конференции Азиатского общества. Организаторами мероприятия были бывший Постпред США в ООН Ричард Холбрук (Richard Holbruck), ныне занимающий пост президента Азиатского общества, а заодно с ним президент лоббистской компании «Global Options Management» Александр Миртчев (Alexander Mirtchev). Пройдет три года, и Мирчев сам станет в Вашингтоне известной персоной благодаря публикациям во влиятельной (азете «Wall Street Joual», посвященным его сомнительным казахским контактам.

6 сентября 2005‑го состоялся исторический визит в Казахстан самого Билла Клинтона (Bill Clinton), экс–президента Соединенных Штатов Америки. Визит оказался успешным для обеих сторон. Клинтон выторговал выгоднейшую урановую сделку для своего друга — канадского бизнесмена Фрэнка Гиустры (Frank Giustra), а Назарбаев — поддержку кандидатуры Казахстана на председательство в ОБСЕ. Правда, иного взгляда на успех той поездки могла бы придерживаться жена Клинтона, Хиллари. Она была главным претендентом на выдвижение в кандидаты на пост президента США от Демократической партии, когда «Нью — Йорк Тайме» расписала подробности «урановой сделки» ее мужа с казахстанским режимом. Если это и не стало главной причиной проигрыша Хиллари Бараку Обаме, то в любом случае ущерб репутации семьи был нанесен более чем ощутимый. И именно в тот момент, когда на кону стоял вопрос о номинации Хиллари на пост президента страны.

А 11 октября 2005 года к Назарбаеву прилетали конгрессмен от штата Калифорния Даррел Айсса (Darreil Issa), представляющий Республиканскую партию, и демократ Лоретта Санчез (Loretta Sanchez).

Спустя всего четыре дня президент принимает нового гостя — легендарного Генри Киссинджера (Henry Kissinger) — бывшего Государственного секретаря США, лауреата Нобелевской премии мира. Киссинджер прибыл в Астану с частным визитом. Организатор поездки — все тот же лоббист Миртчев.

В последний день октября 2005 года Назарбаев встретился с президентом Парламентской Ассамблеи ОБСЕ, конгрессменом США от штата Флорида Алси Хастингсом (Alcee Hastings). Отмечу, что этот господин является одним из 12 судий за всю американскую историю, который был отстранен от выполнения обязанностей судьи (Южный район штата Флорида) за взяточничество и препятствие отправлению правосудия. Этот скандал имел место в конце 80‑х годов.

Я был на той официальной встрече в президентском дворце «Ак — Орда» от министерства иностранных дел. Хастингс не жалел красок, негативно высказываясь о президенте Буше–младшем и его брате, губернаторе Флориды. Рассказывал, как негативно он оценивает деятельность американского правительства.

Президенту такой разговор понравился, и он долго беседовал с гостем, хотя протокольное время уже давно вышло. Под конец Хастингс попросил Назарбаева о маленькой услуге — поговорить с узбекским президентом Каримовым, который обиделся на американскую критику своего режима и отказывается встречаться с западными гостями. Эту просьбу Назарбаев исполнил за 5 минут. Он вышел из комнаты, а когда вернулся, сказал, что Каримов согласился принять Хастингса у себя в Ташкенте.

Своим же помощникам Крестный тесть настрого приказал поселить конгрессмена в президентском люксе и организовать его пребывание «по полной развлекательной программе».

2 декабря 2005‑го у Назарбаева прямо перед президентскими выборами были гости — лоббисты из Великобритании. Эта делегация «Каспийского информационного центра», привезенная послом Идрисовым за казенный счет, была призвана наблюдать за нашими президентскими выборами — вернее, за спектаклем под их названием. В составе делегации: бывший председатель Консервативной партии лорд Паркинсон (Lord Cecil Parkinson), член всепартийной группы по Казахстану британского Парламента лорд Килкуни (Lord Kilkenny), член палаты общин Питер Лили (Peter Lily), член Европарламента от Великобритании, кандидат на пост Генерального секре–ыря ООН Нирж Дева (Niranjan Joseph Deva), профессор политологии Кеннет Миног (Kenneth Minogue), профес-<ор социологии Денис О'Кифф (Dennis O'Kiff), генеральный директор Каспийского информационного цен–ipa Джеральд Фрост (Gerald Frost).

Уже пятого декабря состоялась новая встреча президента с наблюдателям и — на этот раз у него в гостях международная группа во главе с Членом Палаты представителей Конгресса США Чарли Мелансоном (Charlie Melanson), а также послом Берли, бывшим главой наблюдателей от ОБСЕ на парламентских выборах 2004 года. Визит этой группы организован послом Саудабаевым, а проезд и командировочные оплачены из внебюджетных фондов Назарбаева. Вскоре после визита вся группа выдала положительную оценку состоявшихся президентских выборов.

5 мая 2006‑го Назарбаев в очередной раз встретился с самим Диком Чейни, вице–президентом Соединенных Штатов и, возможно, самым влиятельным на тот момент человеком в мире (многие наблюдатели считали, что вашингтонскую политику Чейни формировал в большей степени, чем сам президент Джордж Буш).

Ровно через два месяца Крестный Тесть распростер объятья Его Королевскому Высочеству Герцогу Йоркскому Принцу Эндрю (Prince Andrew). Это уже потом распространилась информация, что при продаже особняка принца казахскому магнату герцогу Йоркскому переплатили 3 миллиона фунтов стерлингов. Пусть покупателем в бумагах значится зять бывшего Акима–мэра города Алма — Аты Тасмагамбетова, в окружении Крестного Тестя все знают, для кого покупался особняк, и по чьему указанию британский продавец королевских кровей получил куда больше, чем мог запрашивать. Фактически Крестный Тесть попытался сделать принца Эндрю своим лоббистом и продвиженцем интересов «Казахмыса», чтобы вовлечь в число своих преданных друзей и британскую королевскую семью. Кстати, и третья жена Крестного Тестя с его сыном имеют постоянный вид на жительство в Лондоне.

В конце мая 2007‑го Назарбаев получил обращение влиятельных членов Конгресса США, в котором, что называется, дана высокая оценка принятым изменениям в конституцию Казахстана. Письма эти прислали конюх грессмен–демократ Чарли Мелансон, член Конгресса США республиканец Дэррелл Айсса, конгрессмен–демократ Эдолфус Таунс (Edolphus Towns). Стоит, думаю, уточнить, что речь идет о тех самых поправках, которые де–юре утвердили диктатуру в стране, сделав Назарбаева пожизненным президентом.

29 августа 2007‑го Крестный Тесть беседовал с американскими конгрессменами Эни Фалеомаваега (Eni Faleo–mavaega) и Крисом Кэнноном (Chris Cannon). Как потом написали средства массовой информации, «учитывая заслуги Эни Фалеомаваеги в деле укрепления связей между двумя странами», президент подписал Указ о награждении вышеупомянутого политика орденом «Достык» первой степени. Представляю, с какой гордостью носит эту награду конгрессмен.

В конце мая 2008 года, Назарбаев встречал очередную делегацию Конгресса США. На этот раз ее возглавлял Председатель комитета по природным ресурсам Палаты представителей Ник Рэйхэлл (Nick Rahall). Потом президент с удовлетворением сообщил подконтрольной ему прессе, что в Конгрессе США сформировалась неформальная группа друзей Казахстана. В их число входят и прибывшие в Астану члены Палаты представителей Дэррелл Айсса, Чарли Мелансон, Рэй ЛаХуд (Ray LaHood), Джон Линдер Qohn Linder) и Джэк Кингстон (Jack Kingston).

Пройдет совсем немного времени, и в июне 2008‑го Айсса и Мелансон выдвинут своего друга Назарбаева на Нобелевскую премию мира…

Дорогими гостями в «Ак — Орде» были и бывший премьер–министр Великобритании Тони Блэр (Tony Blair), и его неофициальный посланник лорд Леви (Lord Levy), привлекший внимание на родине своим пятимиллионным особняком и «Бентли» — и всего 5000 фунтов, выплачиваемых им ежегодных налогов. Насколько мне известно, лорд Леви, являвшийся в свое время неофициальным казначеем Тони Блера, и Крестному Тестю предложил свои услуги по закрытию «Казахгейта» самым выгодным для Назарбаева — и, разумеется, для лорда Леви — образом. Отмечу, что ранее этот господин у себя на родине задерживался полицией для дачи показаний по обвинению в оказании протекции при получении пэр–ских титулов в обмен на крупные взносы в пользу партии лейбористов.

Конечно, не каждый западный представитель, встречающийся с Назарбаевым и затем ставящий высокую оценку демократическим преобразованиям в Казахстане, — коррупционер. Некоторые из них просто попадают под обаяние безграничной власти и несчитаных миллиардов хозяина «Ак — Орды». Власть грязных денег имеет страшную силу, это Крестный Тесть прекрасно осознает. По его указанию бывший казахский посол в США Канат Сауда–баев провез в эту страну три миллиона долларов наличными, воспользовавшись неприкосновенностью диппо–чты. Тот же Саудабаев очень любил принимать у себя в квартире упомянутого конгрессмена Айссу как щедрый хозяин.

Не мое дело прогнозировать судьбу чемоданов неучтенной наличности, щедро распространяемых нашими послами. Однако, сдается мне, что эти доллары и выдвижение диктатора Назарбаева на Нобелевскую премию мира как–то неуловимо связаны между собой.

Сайт продается

Цена: 550$

Обращатся : [email protected]

Интересно